Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Мышление как труд

Свою работу психотерапевтом я воспринимаю не только как труд, полезный другим людям и обществу в целом, но и как процесс собственного познания и научения. Это особое удовольствие, но сейчас не об этом...

Последнее время всё больше задумываюсь о том, что мы не умеем критически (то есть трезво и безоценочно) мыслить. Я вижу как иногда я сам, а чаще другие люди раз от разу проговаривают фразы, останавливающие любое трезвое мышление: я не способен, я не справлюсь, я дура, я должна понимать, я не должен себя так вести, о чём я только думал, надо было думать раньше, сама виновата, ты должен был знать, как ты мог, зачем ты только поверила, я же говорила... В общем, полсотни-сотня фраз с редкими вариациями. И самое важное - мы верим при этом, что это наши собственные мысли! Что это мы сами так думаем. Ни грамма сомнения. А если и есть - то "сама дура". Унижение, обесценивание, устрашение - вот точки управления реакциями. Но здесь нет никакого мышления.

То, что эмоционально происходит с человеком, когда он (или она) сам себя смешивает с дерьмом, я просто вынесу за скобки. Обозначу свою позицию только одной фразой: так нельзя поступать ни с одним живым  человеком другому живому человеку.

Так вот. Практически никто из нас не задумывается о сути тех или иных посланий, идей, которые мы вынесли из детства. Мало того, иногда кажется, что для некоторых это табу - поставить под сомнение ту или иную идею, какое-то убеждение. И я спрашиваю себя: а многих из нас в школе в школе учили думать, анализировать, выбирать - самостоятельно мыслить? А дома, в семье? Всё, что я вижу внутренним взором, когда слушаю людей или наблюдаю за происходящим в душе и в мире - это то, что нас учили быть удобными для тех, кто учил. И так из поколения в поколение.

Кто-то должен остановиться.

Хорошая новость в том, что давление социально одобренного невежества так или иначе пробуждает в живой душе такие напряжения, что многие люди всё чаще задаются вопросом: что не так? И начинают думать. Мне остаётся их лишь только поддержать в ПРАВЕ МЫСЛИТЬ СВОБОДНО.

И когда кто-то рядом начинает мыслить свободно - я учусь.

Почему я пойду на митинг?

К сожалению, 24-го не смогу пойти на митинг - я уеду на конференцию, где буду работать. У меня есть обязательства перед хорошими людьми, и я их должен выполнить. Жена, я надеюсь, пойдёт за двоих. (Кстати, есть желающие с ней пойти?)

Тем не менее, отлично сформулировано, я считаю:


Оригинал взят у bakushinskaya в Почему я пойду на митинг?
Если честно, мне все равно, кто у власти. Путин, Пупкин, Пуськин или Маськин. Как называется его партия, на ком женат начальник его администрации, какие у них дворцы и машины, и сколько любовниц. Более того, я не хочу о них ничего знать. Мне также не нравится Явлинский, Прохоров, Немцов, Ловцов и и Писцов. У меня свои интересы - общение с друзьями, книги, кино, работа.
Более того, я не либерал. Я даже далеко не либерал, в чем уже убедились все хомяки, которые взывали тут к моему либеральному чувству и хотели поговорить по душам. Я просто разумный человек.
Но я хочу жить в стране, где я могу себе позволить быть равнодушной к власти.
В России:
1. Где есть журналистика, а не лакейство. Где я могу заниматься своей профессией, обращая внимание только на факты, а не на стоп-листы и смутные указания, спустившиеся сверху. Где никто не трусит сказать правду и никому не запрещают говорить правду. Верните мне мою профессию, которую вы украли.
2. Где президент меня не оскорбляет в прямом эфире. И не угрожает мне.
3. Где нет ракет, но старики не умирают в луже собственной мочи, а на больных детей не собирают с миру по нитке.
4. Где есть медицина, не страшно попасть в больницу и где возле операционного стола врач не будет алчно оттопыривать карман.
5. Где не страшно состариться, потому что это будет сытый и приятный отдых.
6. Где убийцы и те, кто призывает к убийству, будут сидеть в тюрьме, но там, где попасть в тюрьму не означает пыток и несправедливости.
7. Где человеку с иным цветом кожи и разрезом глаз будет не страшно выйти на улицу и прокатиться на метро.
8. Где Конституция будет основным законом, а законы будут соблюдаться неукоснительно, не взирая на лица.
9. Где тебе не подбросят наркоту и не изуродуют дубинкой, если ты громко заявил, что с чем-то не согласен.
10. Где чиновник будет бояться хамить и воровать.
11. Где полицейские погладят штаны и наденут другое выражение на будку.
12. Где школьников начнут учить и перестанут поучать.
13. Где молодежь перестанут вовлекать в разврат под видом молодежных движений.
14. Где бизнесмен будет думать о том, как привлечь потребителя, а не как удовлетворить "крышу" из ФСБ.
15. Где я пойму, что родина меня любит, а не склочно требует: "Приведите ко мне ваших детушек, я сегодня их за ужином скушаю".
16. Где вранье и агрессия пусть и останутся, но перестанут быть основным политическим инструментом.
17. Где частная собственность священна и никто, никогда, ни под каким видом не отнимет честно нажитое.
18. Где власть уважает своих сограждан, не перекрывает дороги и не пользуется "мигалками", чтобы отшвырнуть "холопа" на обочину. Где голосуют не за "меньшую сволочь", а за хорошего человека.

Когда я буду жить в такой стране, я со счастливым вздохом забуду о власти, и буду банить за разговоры о политике. А пока я иду на митинг. Не за вождей. За себя иду. И за свою дочь.

Вера, Миф и Выбор

Вспоминаю свои два сна, которые для меня связаны общей нитью.

В первом сне я смотрел на древний мир глазами Иисуса, я видел как толпа, собравшаяся на дороге, по которой мне предстояло идти, ждала когда мне вынесут крест, чтобы я его нёс на Голгофу. Римские солдаты пытались поднять, оторвать от земли большой свежевыструганный крест, который лежал рядом с дорогой, но не могли его ни на миллиметр даже сдвинуть, не то что приподнять. Вдруг кто-то в толпе предложил взять из темницы другого человека. И в этот момент я точно знал и даже видел (как это может быть только во сне), как в темнице сидит человек, которым хотят заменить меня, потому что с моим крестом ничего не могут поделать. Они стали искать ключи от темницы, а не найдя - выбивать. дверь. Я чувствовал силу божественной Воли, пронизывающей всё происходящее, и знал, что дверь не поддастся, потому что ничто не может прозойти без Воли Его. А Его Воля мне была известна. Моя свобода заключалась лишь в том, что я могу или принять свою Судьбу, или не принять её, но не изменить ни на миллиметр - что есть сила превыше меня, моей личности, моих представлений, свершающая подлинный Выбор, и я могу лишь принять или отвергнуть эту силу... Я отошел к реке, размышляя о том, как мне принять свою Судьбу? И что это есть Воля, которую я уже чувствую, но не могу понять? Я смотрел на воду и знал, что могу по ней пойти, если моя Вера, станет моей Силой - если Воля Бога станет моей Волей. Я смотрел, как мелкая рябь твердеет под моим взлядом, но всё не решался ступить на неё ногами... И я повернулся к дороге на холм, где увидел крест с уже распятым Иисусом и сияние, охватывающее всё вокруг. А вокруг плакали верущие - и вдруг я понял, что их слёзы - это не слёзы страдания, а слёзы счастья от контакта с Духом, со смыслом своего бытия...

А второй сон очень глубокий и очень простой: я просто волевым усилием остановил море и пошёл по воде, я поверил, я сделал выбор...Незабываемое чувство!..:)

Вероятно, описание этих снов поможет кому-то из вас понять рассуждения, следующие ниже...

Каждый в отдельности и все мы в целом так или иначе живём в мифе. В мифе о том, кто мы есть что из себя представляем, о том, как устроен мир и почему именно так... Отличие мифа от веры в том, что живя в мифе, я не верю - я знаю. В своём знании о мире и себе мы становимся настолько убеждёнными, что наши убеждения становятся объективонй реальностью... И хотя миф, на мой взгляд, выходит за пределы индивидуальности, открытым вопросом для меня является наличие границы между индивидуальным мифом и мифом социума, если таковая граница вообще есть. В рамках же индивдуальности мне интересно исследовать как строится миф каждым из нас внутри собственной экзистенции.

На данный момент мне кажется очевидной роль Веры в создании и поддержании собственного "бытия-в-мире". Я имею в виду не веру современного человека, находящуюся ближе к эгоистическому суеверию, когда она напрямую зависит от эмоций и бытового положения дел, а Веру с большой буквы - ту Веру, которая является убеждённостью, убеждённостью без тревоги сомнения - прямым знанием, вополощённым в практический опыт. Именно такая Вера позвляет Христу ходить по воде - Вера, которая в своей силе становится Волей Бога.
Пишу "позволяет", а не "позволяла", поскольку миф не имеет времени, он присутствует только в настоящем, включая в себя в том числе и представление, видение картины прошлого и будущего в его собственных мифологических рамках. Исходя из этого, совершенно неважно правда ли история про Иисуса или вымысел (как, впрочем, и другие истории мира), и то, и другое - миф, который невозможно подвергнуть проверке. И что важно - такая проверка не является необходимой. Вопрос только в том, какой из мифов поддерживает каждого из нас в реальном - земном, телесном - бытии, а какой истощает... Возможно, именно здесь, в точке личного выбора, проходит граница между индвидуальным мифом и мифом общества. 

Но как же трудно отказаться от "общественного" мифа и пойти своим путём, не утратив душевного равновесия!.. И что меня может тогда поддержать больше, чем просто Вера?..

Самый трудный вопрос.

 

Нифонт Долгополов на 3-й ступени в качестве домашнего задания для студентов сказал: ответьте, какой самый мучительный вопрос, который я задаю себе как групповой ведущий? Я долго думал. Наблюдал за собой и группами в процессе проведения, обращался к своему прошлому опыту - и вот результат...

Самый мучительный вопрос, который я задаю себе как ведущий группы: где же находится граница ответственности за происходящий процесс между мной и группой, мной и клиентом прямо сейчас?

Это вопрос, который я задаю себе каждую клиент-терапевтическую встречу – индивидуальную или групповую, неважно.

Это сейчас я задал тему или направление движения в группе своими вопросами или я отреагировал на поле в группе, и сфокусировал в словах невыраженные потребности в поле группы? В какой степени это моя фигура, а в какой группы, и я просто чутко отреагировал на феномены, проявившиеся в процессе взаимодействия?

Последнее время я теми или иными словами делюсь этими мыслями с группой. Но пока ни группа, ни я сам себе не дал какого-либо более-менее ясного ответа на этот вопрос. На данный момент для меня ясно только одно: похоже, что пока только я сам определяю границы этой ответственности. В каждый момент времени, поскольку для меня очевидно, что эти границы подвижны и изменчивы во времени и пространстве (в данном случае – терапевтическом пространстве). И тогда самое мучительное здесь – осознание того, что я снова остаюсь один на один со своим выбором, и нет никого, кто бы мог сделать его за меня.

(кросспост в gestalt_lj)

Вопрос к специалистам: а для вас что самое трудное в проведении групповой терапии?